Кто стоит за ростом цен на социально значимые продукты, и есть ли способ предотвратить монополизацию продовольственных рынков в Украине, Контрактам рассказал генеральный директор Украинской ассоциации поставщиков торговых сетей Алексей Дорошенко.

К: Алексей, чем вы можете объяснить тот факт, что цены на продукты питания в украинской розничной торговле продолжают расти? Причем это происходит, не смотря на то, что гривна укрепляется.

Алексей Дорошенко: Хочу отметить, что цены в Украине на данный моментеще достаточно терпимы. Лично я в начале года предполагал, что инфляция будет больше. Так, в январе-феврале, когда произошел очередной скачек доллара, мы в Ассоциации посчитали, что продуктовая инфляция будет 25%. Кабмин же озвучил цифру 12%. Я сейчас не говорю о всей продуктовой группе, я говорю о ценах на социально значимые продукты питания, которые в последнее время в основном и покупают украинцы. Напомню, их немного немало – 23 единицы.

К: То есть, вы хотите сказать, что потребление других товаров в Украине упало?

Алексей Дорошенко: Да, какую группу товаров не возьми, везде потребление упало с начала 2016 года на 10-15%. Соки, пиво, крепкий алкоголь, консервация, гречка… Учитывая снижение спроса на эти товары, и его рост на социально значимые, я и предполагал, что последние подорожают больше. Но, если посмотреть на цены по состоянию на 20 июля, то я могу сказать, что с начала года на 10 наименований из 23 они снизились. Другой вопрос, что стоимость одних продуктов снизилась на 10%, а других — на 70%. Например, капуста подешевела на 70%, яйца – на 50%.

EP4E1271-1536x1024

К: Возможно, это связано с сезонным фактором?

Алексей Дорошенко: Да, безусловно, сезонный фактор влияет на цены. Но в этом году к нему добавился и фактор мировых цен. Мы все-таки очень плотно интегрируемся в мировую экономику: мы члены СОТ, двумя ногами — в зоне свободной торговли с ЕС. Таким образом, мы уже не можем препятствовать импорту товаров в Украину. Разве что из России. Так, например, в январе в нашу странуувеличились поставки свинины, говядины и курятины. Как результат, цены на мясоснизились на несколько гривен. Такая же ситуация на рынке сахара. Вместо того, чтобы традиционно летом вырасти на 60%, цена на него снизилась на 10%. Почему? Да потому, что в Украину массово импортируют тростниковый сахар, тогда как нашего внутреннего продукта не хватает катастрофически.

Другое дело рынки, запертые внутри, как например рынок гречневой крупы. Когда начала расти цена на гречку, я сначала подумал, что она каким-то образом попала в перечень продуктов, которые запрещено импортировать из Российской Федерации. Но, пересмотрев все документы, я не нашел ничего подобного. Но ни из России, ни из Казахстана гречка к нам не поступает. Вся крупа, которую мы едим – украинская. Просто раньше, в период подъема цены, гречку начинали импортировать из-за рубежа. В этом же году такого не произошло. Рынок просто замкнулся.

EP4E1305-1536x1024

К: А что будет с ценами на новый урожай, в том числе и на урожай гречки?

Алексей Дорошенко: Новый урожай будет еще дороже, процентов на 20. Более того, ситуация с гречкой может перекинуться также на хлеб. Зернотрейдеры утверждают, что весь новый урожай зерна уже практически скуплен. То есть, урожая еще нет, а контракты на его поставку уже есть. И влезть в этот рынок уже невозможно.

К: То есть, вы хотите сказать, что на рынках гречки и зерновых появился монополист?

Алексей Дорошенко: Прошлогодний урожай гречки был скуплен несколькими крупными игроками, а тот запас, который остался, например, у небольших аграрных хозяйств, повлиять на ситуацию на рынке уже не может. Да и кто откажется от прибыли в 300-400%?

К слову, первый звоночек о ситуации с гречкой поступил еще летом прошлого года, когда владельцы торговой марки «Жменька», под которой расфасовывают крупу, рассказывали, что их вытолкнули с рынка гречки, и теперь они расфасовывают все, кроме нее.

К: А кто же сегодня скупает зерно? Новые игроки или старые?

Алексей Дорошенко: Насколько мне известно, это новые политические элиты. Именно они скупают зерно последние два года. Кроме того, у нас все больше монополизируется производство хлеба. Если раньше, например, в каждой области было от трех до 10 маленьких хлебокомбинатов, то сегодня на их место пришли комбинаты нескольких крупных производителей (например, «Киевхлеб», «Кулинич»), которые работают по всей Украине. Соответственно, если сейчас они скупят весь урожай, то мы получим ситуацию, когда уже ничего нельзя будет контролировать. Ведь попробуйте повлиять на цены в условиях такой монополии.

EP4E1327-1536x1024

К: Но в Украине же создан новый орган – Госпродпотребслужба, который призван контролировать цены и предотвращать такие ситуации.

Алексей Дорошенко: Пока я не вижу ничего, что свидетельствовало бы о том, что глава этой службы Владимир Лапа пытается реально влиять на рынок розничной торговли. Служба работает уже четвертый месяц, но первых шагов так ни кто и не сделал. Возможно, конечно, что они наводят порядок на других рынкам. Но ведь рынок торговли очень большой. Он самый большой по количеству занятого населения в Украине. Соответственно, желательно навести здесь хоть какой-то порядок.

К: Если вернуться к вопросу цены на хлеб. Насколько он может подорожать в следующем году?

Алексей Дорошенко: Как можно судить по гречке, все будет зависеть только от жадности производителей.

К: А как же Государственный резервный фонд Украины? Раньше цены на социально значимые продукты регулировались, в том числе, вбросом на рынок его запасов.

Алексей Дорошенко: Я могу привести для примера Аграрный фонд Украины. Сейчас там все зерно высшего класса разворовывается, и нередко потом уходит за рубеж. Взамен же в фонд «ложиться» зерно I-II класса, которое на хлеб не пойдет. Таким образом, по документам в фондезерно высшего класса,а в реальности оно может бытьфуражным.

К слову, по моему мнению, все эти перипетии на рынке хлеба, могут быть одной из причин досрочных выборов в Верховную Раду. Ведь, гречку люди еще могут заменить… Например, эксперты, изучающие рынок круп, рассказывали, что как только гречка начала повышаться в цене, многие украинцы перешли на рис. Весь он у нас как раз импортируется. В магазинах много вьетнамского, российского и даже крымского риса. Причем цена на рис, благодаря мировым тенденциям, с начала года снижалась — до17-19 грн/кг. Падали в цене и макароны, и даже мука дешевела. А вот цена на хлеб стабильно растет. Сами хлебопеки объясняют это тем, что в прошлом году нередко продавали товар себе в убыток. А в этом году, на волне снижения цен на зерно, они, мол, хотят заработать и продавать хлеб по стоимости, выше, чем в 2015 году. Таким образом, они хотят компенсировать потери 2014-2015 годов. Но, ведь это им может настолько понравиться, что мы действительно получим монополию на рынке. И тогда всем места будет мало.

EP4E1337-1536x1024

К: Остановка продуктовой войны Россия-Турция как-то повлияют на стоимость товаров в нашей стране?

Алексей Дорошенко: Цены могут постепенно незначительно вырасти. Но не более чем на 1-2%. И причины этого в следующем. Во-первых, турки – народ предприимчивый. Им понадобилось всего полгода, чтобы найти новые рынки сбыта для большинства своей продукции, поэтому значительных скидок для украинских поставщиковуже не было. Во-вторых, санкции на овощи, фрукты и ягоды были наложены в России как правительством, так и Россельхознадзором, поэтому их снятие может быть постепенным и занять некоторое время. Кроме того, внутренний спрос на эти продукты в Российской Федерации значительно сократился из-за падения уровня жизни. Например, продажи тех же помидоров упали на 40%.Плюс, РФ смогла нарастить объем производства в собственном агросекторе. Это единственный сектор, который рос в 2015 и 2016 годах. Поэтому, пусть слабая, но все-таки конкуренция, у турецкой продукции в России появилась. Как результат, Турция не сможет поставлять в РФстолько же продукции, как это было до начала санкций.

К: А чем объясняется порой существенная разница цен на одни и те же продукты в разных супермаркетах?

Алексей Дорошенко: Разница в ценах в торговых точках – это очень хорошо. Ведь еще полтора года назад все цены были практически одинаковые. А это означало, что на рынке нет конкуренции. Более того, существует монопольный сговор. Но после того как Антимонопольный комитет Украины наложил штрафы на крупнейшие украинские сети супермаркетов и разбил эту монополию, ситуация на рынке несколько улучшилась. Хотя конкуренция и осталась неравномерной. В Западной Украине, в частности, слабое присутствие ведущих украинских ритейлеров. Есть города, как например Мукачево, в которых конкуренция отсутствует вообще. Там присутствует только торговая сеть «Барва». Все остальные не могут купить или арендовать земельный участок, или просто торговую площадь под супермаркет. Для противодействия конкуренции включаются все административные рычаги. Но такая ситуация является скорее исключением, чем правилом.
Самым же конкурентным регионом является, конечно же, Киев. Он привлекает всех игроков рынка высоким уровнем дохода своих покупателей. Но он требует высоких инвестиций в открытие каждой новой площадки. Поэтому для всех крупнейших торговых сетей, как украинских, так и иностранных, за исключением сети «АТБ», базовым регионом является Киев.

EP4E1287-1536x1024

К: Вы можете сказать, как вообще чувствую себя торговые сети в кризис?

Алексей Дорошенко: Ситуация на рынке ритейла сегодня очень напоминает ситуацию в банковском секторе. Цены на товары высокие в тех сетях, которые умирают. Многие торговые сети не в состоянии дальше полноценно обслуживать свои долги. В то же время они не являются привлекательными для покупки конкурентами.
К: Исходя из вашей логики, кто из сетей находиться под угрозой?

Алексей Дорошенко: Высокая температура по ценам сегодня наблюдается в «Фуршете», «Великій Кишені», «Таврии-В», «Евротеке» и «Мегамаркете».

Как мне стало известно, вэтом году некоторые из этих сетей предприняли попытку произвести слияние активов и образовать единую продуктовую торговую сеть, которая бы охватывали практически все регионы Украины. Однако на пути всталимножество «скелетов в шкафу», то есть, задолженности банкам, поставщикам, кредиторам.

К: Кто-то может купить эти сети по отдельности?
Алексей Дорошенко: Да. Лидеры рынка. Их сейчас несколько. Это компании, которые продолжают развиваться, строят новые магазины и которые участвовали в покупке торговых точек тех, кто уже ушел с рынка. То есть, речь идет о сетях «АТБ», Fozzy Group (Fozzy, Сильпо, Фора), МЕТРО, Ашан (у него мало торговых точек, но очень большие продажи с каждого квадратного метра имеющейся торговой площади). На локальном уровне в покупке конкурентов может участвовать «Таврия-В». Правда, мы уже видели сеть, которая в прошлом году еще выкупала торговые площади, оборудование и остатки товара у своих конкурентов, а сейчас ведет переговоры о своей продаже целиком.

К слову, некоторые торговые сети будут продавать не весь свой бизнес, как, например Billa, а только магазины в тех регионах, которые не вписываются в их стратегию. Немецкие инвесторы больше не рассматривают Украину в качестве привлекательной страны для расширения активов, поэтому и продают магазины.

В целом, объектами потенциального поглощения выступают продуктовые сети, занимающие с 6 по 15 места. Более мелкие сети малоинтересны крупным игрокам.

EP4E1370-1536x1024

К: Какой может быть стоимость таких активов?

Алексей Дорошенко: Практика поглощений в украинском ритейле последних восьми лет показывает, что ставка многих игроков на капитализацию бизнеса не оправдала себя. Когда сеть выставляется на продажу, более сильным конкурентам интересен не их бизнес, поскольку он зачастую непрозрачен и без четкого позиционирования, а интересны только их торговые площади. Но практически все игроки, работают на арендованных площадях, в связи с чем цена покупки-продажи торговой сети часто складывается из стоимости торгового оборудования и бонуса за уступку торговых площадей. В результате цена поглощения не высока.
Беседовала: Елена Романюк, Контракты

Мнение авторов и содержание материалов могут не совпадать с мнением редакции Ua-Retail.com.